Франция в XI—XV веках
Франция в XI—XIII вв.
В Х в. во Французском королевстве завершились социально-экономические процессы, приведшие к установлению феодальных отношений, и закончился длительный процесс слияния разнородных этнических элементов. На основе смешавшейся с германцами галло-римской народности сложились новые феодальные народности – северо-французская и провансальская. Эти народности явились ядром будущей французской нации.
Особенности оформления феодальных отношений. Францию часто называют страной классического феодализма, подчеркивая тем самым законченность и выраженность его форм. Это определение, однако, приложимо лишь к северной и центральной частям страны, где синтез римских и варварских начал получил наиболее полное воплощение. Там же сложились и наиболее благоприятные условия для развития земледелия, в первую очередь зернового хозяйства. Территорию в бассейне рек Сены и Луары, в районах Парижа и Орлеана отличали благоприятные географические условия — наличие плодородных земель, рек и сухопутных дорог, относительно высокая плотность населения. К концу XI в. слой землевладельцев-феодалов численно вырос и распался на несколько групп. От крупных сеньоров, нередко восходящих к потомкам каролингской знати, отделились многочисленные боковые ветви, образовавшие значительную группу средних феодалов. Количественно преобладали мелкие землевладельцы, выходцы из слуг и вассалов короля и светских магнатов. Другим важным источником пополнения низших слоев феодалов были выходцы из сельской общины, ставшие воинами-профессионалами.
Уже в XI в. слой феодалов полностью отделился от других слоев, некогда питавших его истоки, и превратился в замкнутую привилегированную группу, принадлежность к которой определялась рождением. Землевладельцы монополизировали к этому времени практически всю собственность на землю, что отразила господствующая в обществе правовая норма «нет земли без сеньора». Аллоды (свободно отчуждаемая индивидуально-семейная земельная собственность у германских племен) общинников составляли исключение даже на юге, где их было больше, чем на севере. Под власть сеньоров попали общинные угодья, использование которых для зависимых крестьян теперь было связано с уплатой определенных повинностей. Оформились монопольные права сеньоров на печь, виноградный пресс и мельницу, которые раньше были коллективной собственностью общины.
Важным показателем завершенности процесса оформления феодального слоя являлась сложившаяся в его среде последовательная иерархия — от низших групп «однощитных» рыцарей, не имевших вассалов, через 3—4 промежуточные ступени более состоятельных феодалов — к властителям значительных территорий: герцогам Нормандии, Бретани, Бургундии, Аквитании, графам Шампани. Иерархию французских феодалов отличала правовая норма: «Вассал моего вассала не мой вассал». Она охраняла привилегии магнатов от посягательств центральной власти, обеспечивая вместе с тем внутреннюю сплоченность этого слоя.
Реализовав монополию на землю, землевладельцы во Франции приобрели значительную политическую власть. Благодаря широко развитой практике передачи сеньорами части своей земли вассалам, политические прерогативы распределились в среде феодалов преимущественно в зависимости от размеров и статуса их земельных владений. Главной политической прерогативой являлось право судопроизводства, судебные штрафы от которого служили важным дополнительным источником сеньориальных доходов. Крупные землевладельцы могли обладать правом высшей юстиции. В целом процесс оформления господствующего слоя во Франции прошел быстрее, чем во многих других странах Западной Европы, и отличался большей законченностью.
Формирование феодально-зависимого крестьянства происходило медленнее, но также завершилось в XI в. Основной категорией крестьян в XI в. являлись сервы, находившиеся в поземельной и в личной зависимости. Для многих групп крестьянства, однако, отсутствовало обязательное прикрепление к земле.
Социально-экономическое развитие Франции в XI—XIII в. отличали заметные сдвиги и прогресс в развитии производительных сил, следствием которых явилось повышение продуктивности сельского хозяйства. Усовершенствованные за счет железных деталей орудия труда, многократная (до 4 раз) вспашка земли, использование лошадей на сельскохозяйственных работах существенно улучшили обработку почвы и ускорили темпы производства. Этому же способствовало и распространение на севере страны трехполья. В южных областях в силу особенностей климата и почв долго сохранялись двухполье и легкий плуг. Там наряду с зерновыми культурами большие площади занимали виноградники, технические культуры и плодовые деревья.
Происходили массовые расчистки под пашню залежных земель и лесов, достигшие апогея во второй половине XII в. В результате реже стал голод из-за неурожая, засухи или наводнений. Заинтересованные в расширении пригодных для земледелия площадей землевладельцы и церковь нередко выступали организаторами расчисток. Однако подъем нови был делом главным образом самих крестьянских общин, которые и придавали ему подлинно массовый характер. Внутренняя колонизация, в ходе которой осваивались новые территории, возникали новые поселения, во Франции окончилась раньше, чем в других странах Западной Европы. Крестьяне-пришельцы (госпиты) имели более льготные по сравнению с сервами условия пользования землей. Они не несли барщины, уплачивая натуральный оброк и небольшую сумму денег, были лично свободны, оставаясь только в поземельной и судебной зависимости от феодалов.
Расширение посевных площадей и значительный рост урожайности позволили крестьянину производить в собственном хозяйстве не только необходимый, но и прибавочный продукт. Производительность труда росла преимущественно в крестьянском хозяйстве, так как на своем участке крестьянин трудился гораздо усерднее, чем на барщине. Поэтому сеньорам стало выгоднее реализовать феодальную ренту не в форме принудительных барщинных отработок, а в виде части урожая, собранного крестьянами в их хозяйстве. В XII—XIII вв. началась постепенная ликвидация барской запашки и раздача крестьянам в наследственное держание земель, входивших до того в домен. Это привело к замене барщинных повинностей продуктовой рентой. Процесс сокращения и даже ликвидации барской запашки получил наиболее выраженные формы именно во Франции и особенно в хозяйствах светских феодалов. В церковных землях эти перемены происходили медленнее и в меньших масштабах.
Города в XI—XIII вв. Прогресс производительных сил и связанное с ним отделение ремесла от сельского хозяйства способствовали развитию городов как экономических центров ремесла и торговли. Во Франции начиная уже с X в. расцветают старые городские поселения, основанные еще римлянами и пришедшие в упадок в V-IX вв. (Бордо, Тулуза, Лион, Марсель, Ним, Пуатье, Париж, Руан и др.). Появляются и новые городские поселения. К XIII в. в стране было множество крупных, средних и мелких городов, общее число которых в ходе последующего развития вплоть до XX в. увеличилось незначительно.
Особенностью развития Южной Франции в XI-XII вв. был именно ранний расцвет ее городов. Этому способствовали их торговые связи со Средиземноморским регионом, а также участие в крестовых походах. Активная внешняя торговля благоприятно отразилась и на состоянии ремесла, особенно суконного. Ним и Монпелье, например, славились производством тонкого сукна, идущего на экспорт. Широкие возможности сбыта товаров, ослаблявшие необходимость детальной регламентации ремесла, определили такую специфическую особенность социально-экономического развития южных городов, как почти полное отсутствие цехов до конца XIV в. В условиях так называемого «свободного ремесла» контроль не столько за объемом производства, сколько за качеством товаров осуществляли органы городского управления.
Южные города рано приобрели и политическую самостоятельность, чему способствовали не только их экономический подъем, но и традиции позднеантичного муниципального устройства. В процессе освобождения из-под власти сеньора южные города использовали в основном не средства вооруженной борьбы, а финансовые сделки, выкуп. Это обстоятельство наряду с вовлечением части южного дворянства в торговлю смягчили противоречия между горожанами и дворянством и сделали возможным их политический союз на юге Франции.
В течение XII в. почти во всех южных городах была установлена коллективная форма власти консулат (правление консулов — выборных лиц от проживающего в городах дворянства и духовенства, а также от ремесленной верхушки). Управление принадлежало Большим советам, которые состояли из полноправных горожан, т.е. жителей, имевших собственность в городе и плативших налоги. Процесс этот шел без участия далекой от южных городов королевской власти. Обретя большую степень самостоятельности и ориентированные по преимуществу на внешнюю торговлю, южные города не сыграли значительной роли в деле государственной централизации Франции. Напротив, их подъем питал сепаратистские тенденции в развитии южных провинций.
Иначе сложилась историческая судьба городов Севера. Экономический подъем наиболее значительных из них — Арраса, Бовэ, Санлиса, Амьена, Нуайона, Лана и Реймса — наметился лишь к XII в. и был связан с развитием в Северо-Восточной Франции главным образом производства суконных и льняных тканей. Основным средством достижения политических и экономических прав городов на Севере явились восстания, часто неоднократные, приобретавшие особенно ожесточенные формы в тех случаях, когда борьба шла против духовных сеньоров. В ходе восстаний в этих городах против горожан выступала организованная сила церкви, которая использовала, в частности, такое распространенное и испытанное средство, как интердикт (запрет богослужения).
Обычно горожане заключали тайный союз, члены которого были связаны присягой. Борьба сопровождалась изгнанием сеньора и его рыцарей из города или их убийством. В случае успеха землевладельцы были вынуждены предоставлять городу бо́льшую или меньшую самостоятельность, часто расценивая эту уступку как временную меру.
Коммунальное движение положило начало политическому союзу городов с королевской властью. Города при этом искали помощи у короля в борьбе против сеньоров и часто находили ее, так как монархия желала ослабления власти крупных феодалов. В этом союзе города всегда находились на положении подчиненного и неполноправного партнера, который платил налоги, покупал хартии привилегий и их подтверждение новым королем, предоставлял государству займы, которые оставались безвозвратными ссудами. Король же получал от городов военную, денежную и политическую помощь в борьбе с внешним врагом и во внутренней политике, направленной на ослабление политического могущества крупных феодалов.
На территории своего домена французские короли избегали давать городам права коммуны, уступая им лишь часть привилегий под контролем назначенного центральной властью чиновника, как это случилось с Парижем, Орлеаном и Буржем. Таким образом, результативность борьбы городов за самостоятельность определялась не только их экономической или политической значимостью, но и принадлежностью города королю или иному сеньору. Поддержка королем городов носила не всегда последовательный характер, так как он руководствовался финансовыми или политическими расчетами.
Завоевание городами политической самостоятельности способствовало быстрому росту их экономического могущества. Основу его составляло развитие ремесла, которое привело к возникновению новых специальностей и цехов. К началу XIV в. число зарегистрированных цехов в Париже достигло 350.
В Северной Франции развивалась хозяйственная специализация областей, послужившая здесь в отличие от Юга основой для формирования внутренних экономических связей. Торговля железной рудой, солью, скотом и сукном из Нормандии, полотном, сукном, высококачественным вином из Шампани и Бургундии, разнообразными ремесленными изделиями из Парижа с ориентацией на внутренний рынок делала эти области экономически зависимыми друг от друга и таким образом связывала их. Проявлением торгово-экономических межгородских связей явилась организация в начале XIII в. в Париже «Ганзы речных купцов», объединившей руанских и парижских купцов, торговавших по Сене. К ней присоединились купцы Бургундии с Верхней Соны и Йонны. Затем появилось товарищество купцов, торгующих по Луаре. Деятельность торговых объединений стимулировала рост производства в городах по Сене, Уазе, Марне, Сомме, Верхней Соне и Средней Луаре. Эта особенность экономического развития северофранцузских городов позволила им сыграть решающую роль в централизации страны.
К XIII в. относится расцвет знаменитых шампанских ярмарок, которые проходили в городах, расположенных на Марне и Сене с их притоками. Присоединение Шампани в 1284 г. к королевскому домену закрепило ее экономические связи с Парижем. В XIII в. определилось место Парижа как крупнейшего экономического центра Северной Франции и политической столицы государства. Его население было весьма многочисленным: 70 тыс. жителей; в Руане проживало около 50 тыс. человек, но большинство других городов было среднего размера — до 5—6 тыс. жителей. На фоне экономического подъема в городах начинается процесс имущественной дифференциации, который не в состоянии были предотвратить цеховые ограничения. Из среды горожан выделяется зажиточная купеческая и ремесленная верхушка, владевшая движимой и недвижимой собственностью и захватившая в свои руки городское управление. Ей противостояла основная масса ремесленников и торговцев, ущемленных в политических правах и лишенная доступа к городскому управлению.
В XIII в. по городам прокатилась волна выступлений ремесленников против патрициата, осложненных внутрицеховыми и межцеховыми противоречиями. Так, например, в Бовэ «малый народ» убивал богатых горожан, пытаясь добиться права участия в выборах органов городского управления для всех цехов. Эти волнения служили поводом для вмешательства королевской власти в дела городского управления и проведения с конца XIII в. политики постепенной ликвидации коммунальных вольностей.
Во Франции, как и повсюду в Европе, процессу централизации предшествовал довольно длительный период ослабления королевской власти и политической раздробленности. До XII в. положение французского короля было крайне затруднительным из-за ограниченных материальных возможностей правящей династии и компактной структуры земельных владений крупных землевладельцев, создающую благоприятные условия для их политической автономии. Домен Капетингов представлял собой сравнительно небольшую полосу земли по Сене и Луаре, тянущуюся от Компьеня до Орлеана и окруженную со всех сторон феодальными княжествами — герцогствами Нормандия, Бургундия, Бретань и графством Шампань, во много раз превосходящими по своим размерам его территорию еще в XII в. Специфика вассальной системы во Франции позволяла королю рассчитывать лишь на помощь непосредственных вассалов. Отсутствовал в обществе дополнительный социальный резерв в виде свободного крестьянства, который могла бы использовать монархия. Королевская власть имела выборный характер. Своеобразие экономического и политического развития юга и севера страны, усиленное наличием двух народностей, усугубляло политическую раздробленность. Тем не менее процесс государственной централизации начал последовательно осуществляться во Франции, в первую очередь в ее северной части.
Одним из решающих факторов этого явилось возникновение и развитие городов и товарно-денежных отношений, которое нарушило хозяйственную замкнутость отдельных территорий. Это сделало возможным достижение экономического единства — необходимого условия политического объединения. Развитие городов вызвало также становление в обществе новой социальной силы — сословия горожан, заинтересованных в усилении королевской власти, с которой они связывали надежду на ликвидацию феодальной анархии и создание благоприятных условий для торговли (устранение таможенных границ, единство мер и весов, защита от иностранных купцов).
Возник политический союз городов и королевской власти. Другим фактором, содействовавшим процессу централизации, были изменения в расстановке сил внутри слоя землевладельцев. Рост хозяйственной самостоятельности крестьян, улучшение их социального статуса, возрастающий отпор крестьянства затрудняли реализацию по отношению к нему внеэкономического принуждения. Землевладельцы вынуждены были сплотиться вокруг королевской власти. К этому их толкала также надежда на извлечение дополнительных доходов от службы в королевской армии и растущем государственном аппарате, от государственной эксплуатации крестьянства. В сильной королевской власти особенно нуждались мелкие и средние землевладельцы, не располагавшие ни достаточными материальными средствами, ни средствами внеэкономического принуждения. Противниками централизаторской политики оставались крупные землевладельцы, более всего дорожившие своей политической самостоятельностью, властью над населением и доходами с него. Королевская власть как представительница порядка в обществе поддерживала то одну, то другую группу землевладельцев, используя для собственного усиления внутрифеодальные противоречия.
До конца XII в. французские короли решали проблему усиления собственной власти в пределах домена. На первых порах результатами развития городов, подобно королю в его домене, воспользовались крупные землевладельцы — герцоги и графы. Поэтому централизация разделилась на два этапа — централизация по провинциям и общегосударственное объединение.
Начало XII в. явилось переломным моментом в укреплении королевской власти. Людовик VI (1108-1137) и его канцлер аббат Сугерий положили конец сопротивлению землевладельцев — сеньоров Монтлери, Пюизе и Томаса де Марль в королевском домене. Их замки были разрушены или заняты королевскими гарнизонами. Людовик VII (1137-1180) начал увеличивать королевский домен, присоединив города Бурж и Санс. Благодаря браку с Элеонорой Аквитанской он распространил свое влияние и на юг страны. Затем, однако, последовал их развод и новое замужество наследницы богатой Аквитании с Генрихом Плантагенетом, графом Анжуйским, вассалом французского короля. В 1154 г. Генрих стал английским королем, и это событие существенно осложнило в будущем взаимоотношения Франции и Англии.
Значительное увеличение домена произошло в правление Филиппа II Августа (1180—1223). Ему принадлежит заслуга борьбы с самым крупным соперником французской монархии — английским королем. При Генрихе II Плантагенете резко увеличились континентальные владения Англии, куда входили Анжу, Мэн, Турень, Нормандия, Пуату, а после женитьбы на бывшей королеве Франции Элеоноре — Аквитания. Его владения превышали домен французского короля. Филипп II, искусный политик и дипломат, используя нарушения английским королем вассальных обязательств, начал борьбу с ним. Наибольших успехов Филипп II добился в борьбе с английским королем Иоанном II Безземельным. Объявив его владения во Франции конфискованными, он завоевал в 1202-1204 гг. Нормандию, которая считалась самой ценной жемчужиной английской короны. Война приобрела значение европейского конфликта, так как Иоанн привлек на свою сторону императора Оттона IV, графа Фландрского и некоторых других землевладельцев. Но в 1214 г. французы разгромили англичан в битвах при Ларош-о-Муане близ Анжера и при Бувине (во Фландрии). Большую помощь королю оказали города домена и крестьянство. Не случайно от этого времени сохранилось большое число коммунальных хартий, дарованных Филиппом II.
Следующее значительное увеличение домена произошло за счет южных областей страны, которые до начала XIII в. жили почти обособленно от северной ее части. Задачу присоединения юга к домену облегчила сложившаяся там внутренняя обстановка.
Экономическое процветание южнофранцузских городов, их политическая самостоятельность способствовали обострению социальных противоречий в этом регионе. Они проявились в идеологической борьбе, вызванной развитием еретических учений вальденсов и катаров в 40-е годы XII в. Центр активного распространения ереси на юге Франции — город Альби — дал ей название «альбигойской ереси», вскоре превратившейся в массовое народное движение с антифеодальной и антицерковной направленностью.
Мы об этом говорили в курсе о Крестовых походах. Напомним вкратце:
Приверженцы дуалистической идеи о добре и зле, катары считали земной мир и католическую церковь созданием дьявола, отрицая ряд догматов христианства, они были преисполнены жаждой духовного очищения. Они требовали ликвидации церковной иерархии, церковного землевладения и десятины. Вальденсы ратовали за возвращение евангелической простоты и равенства раннехристианских общин. Часть их выступала с проповедью бедности и отказа от богатств. «Никто не должен ничем владеть», — учил основатель ереси вальденсов Петр Вальдо из Лиона.
Основную массу альбигойцев составляли горожане и крестьянство. Однако к движению примкнули рыцари и знать. Даже граф Тулузский Раймонд склонялся к альбигойству. Причастность привилегированных слоев к ереси диктовалась желанием использовать земельные богатства церкви, а также политическими расчетами. Они сводились к стремлению сохранить политическую автономию юга, тогда как католическая церковь на этом этапе находилась в тесном политическом союзе с Капетингами. Была угроза распространения ереси в Северной Франции. Но, главное, движение давало удобный повод для вмешательства. В 1209 г. папе Иннокентию III удалось организовать крестовый поход против альбигойцев с участием северофранцузских землевладельцев. Их военным предводителем являлся барон Симон де Монфор. В 1213 г. в битве при Мюрз крестоносцы одержали решительную победу. После ожесточенного сопротивления были взяты города Безье и Каркассон. Однако Раймонду Тулузскому удалось удержать Тулузу, Ним, Бокер и Ажан. После гибели Симона де Монфора в борьбу вмешался французский король Людовик VIII. В итоге двух успешных походов в 1224 и 1226 гг. он присоединил к домену графство Тулузское и часть земель по Средиземноморскому побережью (1229). Последний оплот альбигойцев — крепость Монтсегюр была взята только после 10-месячной осады; оставшиеся в ней 200 еретиков были уничтожены (1244). Однако Аквитания осталась в руках Плантагенетов.
Война нанесла жестокий удар по экономическому могуществу южных городов, от которого они постепенно оправились, хотя и потеряв прежнюю независимость от королевской власти.
Государственное управление в XIII в. В середине и второй половине XIII в. расширение королевского домена было подкреплено созданием общегосударственного аппарата управления. Его основу составили центральные органы, выросшие из королевской феодальной курии: Королевский совет — верховный орган управления; Парижский парламент (верховный суд) и финансовое ведомство — Палата счетов. Основной линией развития государственного аппарата была постепенная замена службы по вассальным обязательствам службой, оплачиваемой государством, которую несли специально обученные чиновники — легисты, знатоки законов и часто выходцы из неблагородных сословий. Королевский совет как постоянный орган при короле состоял из приближенных к нему крупных землевладельцев, принцев крови, а также легистов. Во главе отдельных административных округов, на которые был разделен домен, стояли бывшие управляющие королевскими поместьями — прево́. Округа соединялись в более крупные единицы — бальяжи (на севере) и сенешальства (на юге). Возглавлявшие их бальи и сенешали как чиновники короля соединяли в своих руках административную, судебную и военную власть. Король назначал их из числа крупных землевладельцев, стремясь обрести в них политических союзников.
Королевская власть постепенно утрачивала свою патримониальную основу и превращалась во власть, представляющую «общее благо» и имеющую публично-правовой характер. Существенное значение при этом имела тенденция к замене выборной власти короля наследственной. Представители правящей династии Капетингов пытались реализовать наследственный принцип, коронуя наследника при живом отце. Государство не считается теперь личной собственностью короля, которая могла быть разделена между наследниками или подарена частным лицам. Утверждается принцип неотчуждаемости домена. Король перестает рассматриваться как частное лицо, когда он должен был, подобно любому другому феодалу, приносить клятву сеньору, во владениях которого им приобреталась земля. Чтобы избежать унизительной процедуры принесения оммажа короли перекладывают ее на своих чиновников, а затем вообще отказываются от нее. Король становится законодателем. Укореняются понятия о священной природе королевской власти и государственной измене.
Наиболее крупные и важные реформы внутреннего управления были проведены в царствование Людовика IX (1226—1270). На территории королевского домена были запрещены судебные поединки (решения тяжб с помощью поединка спорящих сторон, широко применявшиеся в сеньориальном суде). Появилась возможность перенести дело в королевский суд. На решение любого суда — сеньориального или городского — могла быть подана апелляция в королевский суд. Парижский парламент становился верховной судебной инстанцией королевства. Наиболее важные дела, в первую очередь уголовные, были только в ведении королевского суда. Общественному порядку и ослаблению феодальных усобиц в государстве содействовал запрет Людовика IX вести частные войны на территории домена, а также установление правила, действующего на земле всего королевства и получившего название «40 дней короля». В течение этого срока сеньоры, оказавшиеся перед угрозой военного конфликта, могли апеллировать к королю.
В королевском домене была введена единая монетная система; королевская монета получила право хождения по всему государству наряду с местными монетами сеньоров. Право чеканки собственной монеты имели тогда около 40 сеньоров. Постепенно королевская монета стала вытеснять из обращения местную монету. Отличаясь высоким содержанием серебра или золота, она широко использовалась как во внешней, так и во внутренней торговле. Это содействовало экономическому единству страны.
Людовик IX, снискавший себе имя «Святого», пытался реализовать идеал «христианнейшего государя», объявив целями своей внутренней и внешней политики мир и справедливость. Он выступил организатором VII и VIII крестовых походов против «неверных» и добился мира с соседями в Европе. Им были заключены договор с королем Арагона, который содействовал спокойствию на юге Франции, и в 1259 г. — с королем Англии. Английский король Генрих III сохранил Гиень, за которую давал клятву верности французскому королю. Неоднократно Людовик IX выступал в роли арбитра в спорных европейских делах.
Но о тщетности его усилий добиться «справедливости» внутри страны красноречиво свидетельствовали многочисленные городские волнения и случившееся в период его царствования восстание «пастушков». Вместе с тем проведенные им реформы имели большое значение для углубления процесса централизации. Последующее усиление налогового гнета, рост злоупотреблений со стороны центральной и местной властей и тяготы войн побудили современников этих явлений считать время Людовика IX «золотым веком» в истории страны.
Франция в XIV-XV вв.
Крестьяне и землевладельцы в XIV в. Утверждение денежной ренты и экономической самостоятельности крестьянского хозяйства способствовали значительной дифференциации крестьянства. В рамках мелкотоварного хозяйства в деревне появился наемный труд и возникает особая категория сельского населения — наемные работники.
Формируется новый вид крестьянского держания — аренда земли, часто в виде издольщины, что способствовало дальнейшему процессу имущественного и социального расслоения. Существенные изменения происходили и в положении землевладельцев. Стремлению увеличить ренту мешали почти полное исчезновение барщинного хозяйства, личная свобода крестьянина и утверждение фиксированной денежной ренты. Усиление королевской власти сделало ее соперником землевладельцев в деле эксплуатации крестьянства и тем самым ограничивало размеры сеньориальных поборов. Участившиеся со стороны короля требования военной феодальной службы увеличивали расходы землевладельцев и также содействовали обеднению части их. Многие сыновья мелких и средних землевладельцев не могли приобрести звания рыцарей из-за дороговизны процедуры посвящения.
XIV век принес значительные изменения в природу вассальных отношений. Благодаря развитию товарно-денежных отношений взаимодействия в среде землевладельцев перестают быть связанными непосредственно с землей, ее наследованием и вассальной присягой. Личностные связи, за которыми прежде скрывались связи по земле, уступают место вещным отношениям по преимуществу. Королевская власть использует эти новые формы для того, чтобы нарушить прежнюю норму вассального права и приблизить к себе основную массу землевладельцев используя их на государственной и военной службе.
Процесс имущественного и социального расслоения в городах, начавшийся уже в XIII в., становится еще заметнее в XIV в., вызвав существенные изменения в структуре цеха и взаимоотношениях между цехами. Он проявлялся в выделении зажиточных мастеров внутри цеха, их попытках контролировать производство, в зависимости от них основной массы ремесленников и в «замыкании» цеха, которое закрыло подмастерьям доступ к званию мастера. Это усложнило социальные противоречия в городе, побудив подмастерьев организовать свои союзы — «компаньонажи» — и подняться на борьбу против зажиточных мастеров.
Основная масса ремесленников не была представлена в городских муниципалитетах и не могла контролировать налогообложение. В городе имелось большое число неквалифицированных ремесленников, внецеховой бедноты, пришлых из деревень. Эта прослойка жила случайными заработками, была готова включиться в социальную борьбу на стороне ремесленной массы или стать объектом политических спекуляций городской верхушки. Возникали сложные отношения зависимости между цехами смежных специальностей – красильщиков и суконщиков, мясников, живодеров и дубильщиков кожи и т.д., которые свидетельствовали о попытках торгового капитала организовать крупное производство. В ряде отраслей ремесленного производства складываются условия для формирования раздаточной системы: городские купцы начинают активно вовлекать деревенские промыслы в городское производство (сучение шерсти и др.).
Конец XIII — начало XIV в. в политической истории Франции был ознаменован оформлением сословной монархии, или феодальной монархии с сословным представительством. Основанием для становления новой формы государства служил процесс централизации страны и дальнейшего усиления королевской власти. Оно было связано, в частности, со значительным расширением к тому времени территории королевского домена. Успехи французского короля в борьбе с английским на юге страны были подкреплены присоединением к домену короля — Лангедока (бывшее графство Тулузское), части Аквитании в 1308-1309 гг., а также областей по течению рек Дордони и Гаронны и в 1285 г. — Наварры. Англичане сохранили только узкую полосу вдоль Бискайского побережья. Важными приобретениями были графство Шампань, присоединенное к королевскому домену после брака Филиппа IV (1285-1314) с дочерью и наследницей графа, и богатый город Лион в центре страны (1307). В начале XIV в. домен короля занимал уже 3/4 территории королевства. Это укрепило притязания короля на власть в качестве верховного суверена, желавшего превратить все население страны в своих подданных. Для этого Филипп IV, ломая иерархию, устанавливал прямые связи с арьер-вассалами; с помощью суда и налогов включал в сферу своей политики крестьянство, зависимое от светских и церковных землевладельцев.
Расширяя компетенцию королевского суда и Парижского парламента как высшей судебной инстанции, монархия сокращала юстицию светских и церковных землевладельцев, а также сферу городского суда. В первой половине XIV в. парламент становится постоянным органом с фиксированным числом членов (100 прокуроров, адвокатов, советников). Его деятельность была направлена на нивелировку местных обычаев и постепенную выработку общегосударственного права.
В правление Филиппа IV закладываются основы государственно-налоговой системы. Введенный им косвенный налог с продаваемых в стране товаров получил в народе название «дурного». Для пополнения казны Филипп IV не брезговал и прямым грабежом. Меняя содержание драгоценного металла в монете, он снискал себе славу фальшивомонетчика. Филипп IV неоднократно изгонял евреев-ростовщиков из королевства, конфискуя в пользу казны их имущество и беря с них большие суммы за право вернуться в государство. Он требовал займы у городов и, не возвращая долгов, разорял городские финансы. Это облегчало ему осуществление политики, направленной на постепенную ликвидацию коммунальных вольностей и подчинение городского управления королевскому чиновнику.
Члены городского управления в свою очередь перекладывали тяжесть налогов на ремесленников. Эта ситуация вызвала антиналоговые городские восстания. Наиболее крупным из них было восстание 1306 г. в Париже, непосредственным поводом к которому явилась новая порча монеты. Городская беднота обратила свой гнев не только против королевских чиновников финансового ведомства, но и против богатых горожан, подвергнув разгрому их дома. Королю пришлось укрыться в замке рыцарей ордена Тамплиеров и пережить несколько унизительных дней его осады. Затем последовала жестокая расправа с восставшими.
Оформление налоговой системы было тесным образом связано с реформами в армии. Смысл их заключался и замене феодального ополчения наемной армией из числа французских рыцарей и чужеземцев. Побуждая землевладельцев выкупать военную службу, король стремился создать военную организацию с жесткой дисциплиной и подчинением королю. Известным стимулом для этих реформ Филиппа IV явилась война во Фландрии. Граф Фландрии находился на положении вассала французского короля, но территория его графства лишь номинально входила в состав французского государства, не будучи французской ни по населению, ни по языку. Исключение составляли лишь некоторые пограничные области. Однако Франция притязала на богатые города Фландрии — Гент, Ипр и Брюгге, которые являлись центрами издавна развитого здесь сукноделия и торговли. Филипп IV воспользовался внутренней борьбой в этих городах, став на сторону патрицианско-бюргерской верхушки. Но введение им тяжелых налогов вызвало широкое народное движение. В городах борьба за политическую независимость Фландрии слилась с выступлением ремесленников против патрициата. В 1302 г. в Брюгге они вырезали французский гарнизон и местный патрициат. Это событие, получившее название «Брюггской заутрени», послужило сигналом для восстания городских и сельских масс всей Фландрии. Филипп IV двинул против них свою армию, которая в том же 1302 г. в битве при Куртре потерпела поражение. Это был один из редких в истории того времени случаев, когда рыцарская конница оказалась разбитой городским ополчением. Собранные на поле битвы шпоры французских рыцарей были вывешены в знак победы на воротах города, отчего это событие получило название «битвы шпор».
Неудачная война во Фландрии побуждала французского короля вновь и вновь требовать военной службы или выкупа ее дворянами, притом не только его непосредственными вассалами. Требования выкупа сочетались с попытками ввести прямой налог на имущество или доходы населения, в том числе и привилегированного. Эта политика вызвала большое недовольство светских и церковных землевладельцев. Однако для общественного мнения она была оправдана военной необходимостью, кроме того, господствующий класс был заинтересован в феодальной экспансии во Фландрии.
Наряду с усилением королевской власти второй существенной стороной образования сословной монархии явился процесс оформления сословий и рост их политической активности. Наиболее выраженные формы этот процесс приобрел в среде горожан. Сословия дворян, духовенства и горожан пытались защищать свои привилегии перед лицом окрепшей королевской власти, консолидируясь на разных территориальных уровнях, главным образом в рамках провинций. Их привилегии были обычно подтверждены письменными хартиями.
В этих условиях монархии пришлось делить прерогативы — судебные, налоговые, военные — не с отдельными крупными вотчинниками, а с сословными группами, которые обладали хотя и ограниченной, но все-таки властью на местах. Королевская власть, претендуя на высший суверенитет, не располагала тем не менее для его реализации достаточными средствами и была вынуждена просить помощи — денежной, военной и политической — у сословий. Результатом этого процесса явилось образование органа сословного представительства — собрания, на котором монарх советовался с сословиями при решении наиболее важных вопросов внутренней и внешней политики. Члены этого собрания, в отличие от собраний королевской курии, должны были быть выборными, а кроме того на них присутствовали представители городского сословия. Теряя коммунальные вольности, городское сословие получило политическое признание в рамках государства. Общегосударственный орган сословного представительства — Генеральные штаты — был впервые созван в связи с борьбой Филиппа IV с папой Бонифацием VIII.
Усиление королевской власти при Филиппе IV привело к конфликту с папством. Король существенно ограничивал имущественные и судебные права церкви. Непосредственным предлогом конфликта явилась налоговая политика монархии в отношении церковных земель. Противоречия между королем и церковью переросли рамки внутреннего вопроса, так как французская церковь подчинялась римскому папе. Папа Бонифаций VIII в 1296 г. запретил светской власти взимать поборы с духовенства, а духовенству платить их без разрешения папы. Филипп IV ответил на это запрещением вывоза из Франции золота и серебра, что исключило поступления в папскую казну денег от французского духовенства. Бонифаций VIII решил вынести обсуждение вопроса о внутреннем положении во Франции на церковный собор 1 ноября 1302 г. Свою решительную позицию он подкреплял, как некогда Григорий VII, притязаниями на примат духовной власти над светской.
Филипп IV расценил его политику как вмешательство во внутренние дела Франции. Королевскими легистами была организована кампания с обвинениями Бонифация VIII в злоупотреблениях. Выступив с ответными обвинениями, Бонифаций VIII заготовил буллу об отлучении Филиппа IV от церкви. В обстановке широкого недовольства в стране королевской политикой эта мера могла вызвать серьезные осложнения для монархии. Опережая события, Филипп IV созвал в 1302 г. Генеральные штаты, на которых были представлены духовенство, дворянство и горожане (по 2 депутата от каждого города). На ассамблее, где рассматривался вопрос об осуждении папы как еретика, король оказался перед лицом оппозиции части духовенства, дворянства и городов, главным образом южных. Но Филипп IV сумел заручиться поддержкой своих сторонников, особенно от городских депутатов, и разрядить внутреннее напряжение в стране. Чтобы низложить папу Филипп IV отправил в Италию своих агентов — Гийома Ногаре и Гийома Плезиана. Не жалея денег, те привлекли политических врагов папы в Италии на свою сторону, ворвались в папский дворец и подвергли Бонифация VIII домашнему аресту. Не перенесший оскорблений Бонифаций VIII вскоре умер. В 1305 г. под давлением Филиппа IV на папский престол был избран французский прелат под именем Клемента V.
Желая закрепить победу, Филипп IV с помощью легистов организовал судебный процесс против Ордена тамплиеров с обвинением его в ереси. Он хотел избавиться от независимого противника внутри страны, к тому же действующего в тесном контакте с римским папой, а также конфисковать земли и казну ордена. В этой борьбе Филипп IV опять прибег к помощи общественных сил, созвав Генеральные штаты в 1308 г. Орден, не признанный виновным в ереси, был, однако, распущен по решению церковного собора в 1312 г.
Под давлением короля папа Клемент V перенес свой двор в Авиньон на Роне, этой мерой открыв 70-летний период так называемого Авиньонского пленения пап (1309-1378), попавших под контроль французского короля.
Особенностью сословного представительства во Франции являлось наличие представительных учреждений на разных территориальных уровнях: местных органов, провинциальных и Генеральных штатов. Многие из местных штатов — ассамблеи баронов, рыцарей и консулов в графствах Ажене и Керси, сенешальствах Тулузы, Каркассона и Бокера, провинциальные штаты Лангедока и Нормандии — известны уже с середины XIII в. Генеральные штаты возникли на этапе общегосударственной централизации, позже органов местного значения и некоторых провинциальных штатов.
В системе представительства Франции отсутствовало жесткое соподчинение ее звеньев. Большие размеры страны делали не всегда реальным созыв Генеральных штатов. В течение XIV и XV веков часто созывались отдельно штаты в областях Лангедойля и Лангедока, которые одновременно рассматривали одни и те же вопросы, являясь таким образом сессиями Генеральных штатов. Наряду с ними собирались местные или областные штаты. Три сословия Генеральных штатов заседали отдельно, формируя три палаты — духовенства, дворянства и городских представителей. Первая палата состояла из прелатов, которых лично приглашал король. Кроме того, в нее на провинциальных собраниях духовенства или в монастырях выбирались прелаты или должностные церковные лица. От светских землевладельцев присутствовали, как правило, крупные землевладельцы по приглашению короля. В третьей палате (с конца XV в. она стала называться палатой «третьего сословия») заседали представители городов — члены городского управления, богатые и влиятельные горожане. Они часто не избирались городской общиной, а назначались городским советом. Длительное время во Франции, особенно в среде дворянства, был слабо развит принцип выборности. Лишь к концу XV в. он был реализован для всех трех сословий. Каждая палата имела один голос и общее решение двух палат не обязывало третью принять его, если ее представители не были согласны с ним.
Генеральные штаты не превратились в регулярно действующий орган. И хотя король прибегал к их созыву под давлением обстоятельств, нуждаясь в помощи, право созыва, назначение места и сроков собрания оставались его прерогативой. Король не был подотчетен Генеральным штатам. Их основной функцией было решение вопроса о субсидиях. Они обсуждали и политические дела, но без формального права утверждать законы. Королевская власть во Франции проводила в своих интересах консультации с сословиями на местных или провинциальных собраниях, иногда сознательно противопоставляя их Генеральным штатам, что также уменьшало значение последних.
Тем не менее сословия располагали возможностью контролировать действия короля. Право императивного мандата, которым располагал депутат, обязывало его действовать согласно инструкции, данной избирателями. Сословия имели возможность уклониться от выполнения решений, предложенных королем, высказать свое несогласие с его политикой. Таким образом, на Генеральных штатах был реализован компромисс между королевской властью, привилегированными сословиями и городской верхушкой.
В составе Генеральных штатов были представлены дворяне, духовенство и патрицианско-бюргерская верхушка городов, основная же масса податного населения и, прежде всего крестьянство, была лишена права посылать своих депутатов в сословно-представительный орган.
В конце 30-х годов XIV в. началась Столетняя война* Франции с Англией (1337—1453), которая явилась заключительным и самым тяжелым этапом давнего конфликта между двумя государствами. Развернувшаяся на территории Франции, с длительной оккупацией страны англичанами, она привела к убыли населения, сокращению производства и торговли. Одним из очагов противоречий, вызвавших военный конфликт, была территория бывшей Аквитании, особенно ее западной части — Гиени, объекта притязаний английского короля. Экономически эта область была тесно связана с Англией, получая оттуда шерсть для сукноделия. Из Гиени в Англию шли вина, соль, сталь и красящие вещества. Знать и рыцарство Гиени, стремясь сохранить политическую независимость, предпочитали номинальную власть Англии реальной власти французского короля. Для французского королевства борьба за южные провинции и ликвидацию английского владычества в них была одновременно войной за объединение французского государства. Вторым, тоже давним очагом противоречий явилась богатая Фландрия, которая стала объектом агрессии уже для обеих воюющих сторон.
Этот военный конфликт стал крупнейшей войной европейского масштаба, втянувшей через систему союзнических связей такие политические силы и страны, как Империя, Фландрия, Арагон и Португалия — на стороне Англии; Кастилия, Шотландия и папство — на стороне Франции. В этой войне, тесно связанной с внутренним развитием стран-участниц, решался вопрос о территориальном размежевании ряда государств и политических образований — Франции и Англии, Англии и Шотландии, Франции и Фландрии, Кастилии и Арагона. Для Англии он вырос в проблему образования универсального государства, включавшего разные народы; для Франции — в проблему существования ее как самостоятельного государства.
Война продолжалась 116 лет (с двумя продолжительными перерывами). Строго говоря, это была скорее серия военных конфликтов:
Начавшись с династического конфликта, война впоследствии приобрела национальный оттенок в связи с формированием английской и французской наций. С точки зрения военного дела, в ходе войны появились новые виды оружия и военной техники, в первую очередь артиллерия, были разработаны новые тактические и стратегические приёмы, разрушавшие основы старых феодальных армий. В частности, появились первые постоянные армии.
К концу XV в. в основных чертах процесс объединения страны был завершен (хотя присоединение Лотарингии, Франш-Конте, Руссильона и Савойи растянулось до середины XIX в.). Он был подкреплен постепенным слиянием двух народностей. В XIV—XV вв. в Северной Франции на основе парижского диалекта сложился единый язык. Он заложил основы формирования общефранцузского языка, хотя в ряде областей продолжали существовать местные диалекты (провансальский и кельтский языки юга и Бретани).
В политическом развитии Франция уверенно шла к новой форме государственности — абсолютной монархии. Показателем этого служило свертывание в конце XV в. практики сословного представительства. Генеральные штаты фактически бездействовали. Последние в XV в. Генеральные штаты были созваны в 1484 г., они бесславно попытались в условиях малолетства Карла VIII усилить свое политическое влияние. Для провинциальных и местных штатов спад выразился главным образом в лишении их прежней автономии и подчинении центральной власти. Причиной упадка сословно-представительной системы явились осуществленные монархией реформы — налоговая и военная, которые ослабили ее зависимость от сословий. Кроме того, к концу XV в. произошли заметные сдвиги в положении сословий и их отношении к центральной власти. Создание постоянной армии, в частности, закрепило приверженность дворянства к военной службе, оплачиваемой государством, его безучастность к хозяйственной деятельности. Это не способствовало его сближению с городским сословием. Налоговая исключительность духовенства и дворянства, сложившаяся к середине XV в., также усилила раскол привилегированных сословий с податным третьим сословием, к которому принадлежали горожане и крестьянство.
В XVI век Франция вступила крупнейшим из централизованных государств Западной Европы, с развитыми сельской экономикой, ремеслом и торговлей, духовной и материальной культурой.
С эгрегориальной точки зрения: сформировался крупный, устойчивый иноматериальный организм, в котором постепенно сложилась внутренняя система «обмена веществ» (основанная на разнообразных иерархических, энергетических и информационных связях и структурах), система достаточно жизнеспособная и на тот момент, пожалуй, наиболее эффективная среди европейских соседей. Большую роль сыграло успешное использование богатейшего опыта древнеримской эгрегориальности, а «на форме» -- опыта его государственности.
Столетняя война способствовала не только укреплению и усилению эгрегоров самих враждующих сторон, но и выработке наиболее эффективных принципов их внутренней (иноматериальной) организации. Ряд таких принципов затем тиражировался и применялся (с разной степенью успешности) другими эгрегорами в процессе становления и укрепления их государственности.
Медитация:
4-я Зона
ЭРЭО
ЛОО
АУО
ХЕВА
ГЕА
* Столетняя война была серией коротких войн. Она началась в 1337 г., а закончилась в 1453 г., таким образом конфликт длился 116 лет. Английские короли пытались господствовать во Франции, тогда как французы пытались изгнать англичан из своей страны.
В 1328 г. король Франции Карл IV умирает, не оставив наследника. Бароны отдают трон его двоюродному брату, Филиппу VI, графу Валуа, но племянник Карла Эдуард III, король Англии, заявляет свои притязания на трон. Его права на французский престол были вполне обоснованы, но с ними во Францию пришло бы то самое английское правление, которое уже несколько столетий маячило опасной тенью на политическом горизонте. Поэтому, ссылаясь на "Салическую правду" -- варварский судебник, записанный около 500 г., члены собрания высшей французской знати отвергли притязания Эдуарда III. И, когда Филипп объявляет о конфискации французских земель Эдуарда III, начинается война.
Англичане разгромили французский флот около Слейса, вторглись во Францию и выиграли битву при Креси на суше. Затем Эдуард взял Кале. Но вскоре в обеих сторон закончились деньги для продолжения войны, и они заключили перемирие, которое продлилось с 1347 по 1355 г.
В 1355 г. под предводительством Эдуарда Черного Принца, наследника Эдуарда III, произошло новое вторжение. Черный Принц одержал победу при Пуатье, взяв в плен преемника Филиппа – Иоанна II. Договор в Бретиньи в 1360 г. отдавал англичанам часть французских территорий. Вслед за договором последовала новая кампания. В результате Англия потеряла большинство французских владений.
Некоторое время на престолах обеих стран находились малолетние Карл VI французский и Ричард II английский. За Ричарда правил его дядя Джон Гентский, герцог Ланкастерский. В 1396 г. Ричард II женился на дочери Карла VI Изабелле, заключив перемирие на 20 лет. Во Франции правителями стали герцоги Бургундский и Орлеанский, которые раскололи страну на две партии. Король Карл VI оказался душевнобольным. В истории он остался под прозвищем Карл Безумный. Жена Карла Изабелла Баварская пыталась возвести на престол герцога Орлеанского.
Этими событиями воспользовался английский король Генрих V. Он объявил, что добивается французской короны как законный наследник. Его поддержал английский парламент и весь народ. В первой же битве в 1415 г. при Азенкуре французы опять потерпели сокрушительное поражение. Под стрелами знаменитых английских лучников на поле боя легли 10 тысяч французских рыцарей. Затем Генрих захватил почти всю северную Францию.
При французском дворе продолжалась междоусобица. Герцог Бургундский Иоанн Неустрашимый то вступал в союз с Изабеллой Баварской, то вел переговоры с дофином Карлом VII. Дофином во Франции называли законного наследника престола. Этот титул произошел от названия французской провинции Дофинэ, которая со времен Карла V традиционно принадлежала старшему сыну короля. Дофин Карл VII вызвал Иоанна на переговоры. Свидание состоялось на мосту у крепости Монтро. Рыцарь из свиты дофина предательски убил герцога, и его сын, мстя за отца, перешел на сторону англичан.
21 мая 1420 г. в Труа Генрихом V и Карлом VI Безумным был подпсан договор, согласно которому Генрих V объявлялся регентом Франции и "возлюбленным сыном и наследником" Карла VI. Единственный оставшийся в живых сын Карла VI дофин Карл лишался наследственный прав, законность его происхождения ставилась под сомнение и он приговаривался к изгнанию из Франции. Карл VI и его жена Изабелла до конца своей жизни сохраняли титулы короля и королевы Франции, которые затем переходили к английскому дому. Генрих V вступал в брак с дочерью Карла VI Екатериной, с тем чтобы их дети в будущем реально воплощали факт объединения корон.
Наследник престола Карл VII бежал на юг страны.
Короткий срок, отпущенный Генриху V на земле после юридического закрепления за ним титула регента и наследника вожделенного французского престола, окончился в 1422 г. Еще далеко не старый король внезапно скончался от болезни. Всего шесть недель спустя за ним последовал Карл VI. Игра случая, так характерная для истории англо-французского конфликта, еще раз внесла серьезные изменения в ситуацию, казавшуюся до того вполне определенной.
Франция фактически распалась на три части: земли, реально покоренные англичанами; области, находившиеся под политическим влиянием союзника англичан герцога Бургундского; и территории, где признавался авторитет дофина Карла. Немедленно после смерти Генриха V и Карла VI дофин Карл провозгласил себя законным наследником престола и был коронован в Пуатье своими сторонниками.
Английские войска вместе с бургундцами осадили Орлеан - последний оплот независимости. Казалось, Франция погибла и англичане покорят ее, как некогда французы во главе с Вильгельмом Завоевателем покорили Англию.
Среди крестьян, которые были очень религиозны, существовало мнение, что Бог не допустит такого унижения Франции и чудесным образом спасет страну от иноземцев. Время от времени появлялись рукописные листы, призывающие к борьбе.
Как раз перед появлением Жанны д'Арк в королевском лагере стало известно пророчество, согласно которому Бог пошлет Франции спасительницу в образе девственницы.
Жанна Д’Арк, национальная героиня Франции
Жанна Д’Арк — национальная героиня Франции, командующая французской армией в годы Столетней войны. Причислена католической Церковью к лику Святых. История ее жизни окутана тайной и многие факты биографии разнятся у исследователей.
Родилась Жанна Д’Арк 6 января 1412 года в городе Домреми во Франции. Историки не знают достоверно, насколько состоятельной была ее семья. Ряд исследователей считает, что Жанна происходила из обедневших дворян. Существует и другое мнение. Некоторые биографы причисляют родителей Жанны к состоятельным крестьянам. Кроме Жанны в семье было еще четверо детей: три брата и сестра, умершая в юном возрасте.
Жанна Д’Арк росла очень необычным ребенком. Ее посещали видения. По ее словам в тринадцать лет она слышала голоса Архангела Михаила, Екатерины Александрийской, Маргариты Антиохийской. Себя Жанна называла «Жанной-девственницей» и была уверена в своем высоком предназначении, уготованном ей Господом.
Столетняя война
В то время в стране шла Столетняя война. Народ, подвергающийся набегам и грабежам со стороны английской армии был совершенно измучен. Французская армия терпела поражения. Все ждали чуда. В преданиях о короле Артуре говорилось о предсказании мага Мерлина, связанным с Девой из Лотарингии, которая спасет Францию. Несомненно, Жанна Д’Арк была впечатлена и этим предсказанием и своими видениями, в которых Бог, по ее словам, повелевал ей отправиться в Орлеан во главе французский войск. Необходимо было снять осаду города, изгнать английских оккупантов с территории Франции, а также не допустить прихода к власти Генриха V, английского короля. Такая опасность существовала, так как в 1420 году Изабелла Баварская, супруга безумного короля Карла VI подписала об этом договор с англичанами, тем самым лишив сына Карла права на корону после смерти отца.
В январе 1429 года Жанна Д’Арк отправляется в Вокулер, где ей удалось убедить капитана города Робера де Бодрикура помочь ей встретиться с дофином Карлом. Капитан, вначале не желавший говорить с ней, был впечатлен ее сбывшимся предсказанием о победе англичан в битве при Роврэ. Переодетая в мужское платье, Жанна с группой солдат и своих братьев отправилась ко двору Карла. В то время ей было около семнадцати лет. Путь оказался нелегким, но Жанна Д’Арк, уверенная в том, что ей помогают Бог и Архангел Михаил, благополучно прибыла ко двору дофина с письмом от капитана де Бодрикура.
Карл не сразу согласился на встречу с девушкой. Многие советники при дворе отговаривали дофина от этой встречи. Кроме того, духовенство считало Жанну посланницей дьявола. Встреча все же состоялась. Дофин Карл, желая проверить, действительно ли Жанна Д’Арк обладает даром прозорливости, посадил вместо себя на трон другого человека, а сам встал среди придворных. Однако девушка, едва войдя в зал, сразу же указала на дофина.
После долгого разговора наедине, Карл выглядел счастливым и просветленным. Жанна уверила его в том, что скоро он станет законным королем Франции и именно на это указывают «высшие силы». Жанне Д’Арк пришлось пройти еще и серьезную проверку со стороны духовенства. После всех допросов церковников в Пуатье девушка начала свой доблестный военный путь во главе французской армии.
Начало пути
В Блуа, начальной точке на пути в Орлеан, в часовне Сент-Катрин-де-Фьербуа хранился меч короля Карла Мартелла, с которым он одержал победу над сарацинами в 732 году. Жанна вооружилась этим мечом, который также помогал ей в сражении. Народ и армия были очень воодушевлены известием о появлении спасительницы. Каждый день к Жанне Д’Арк присоединялись добровольцы. Облаченная в сияющие доспехи, со знаменем в одной руки и с мечом Карла Мартелла в другой, Орлеанская дева вела за собой войско, доверяющее ей безраздельно.
Первоочередной задачей Жанной было снятие осады с Орлеана. Потеря этого города означало бы полный захват Франции. 28 апреля 1429 года французская армия под предводительством юной военачальницы всретилась с армией англичан. Французские командиры нарушили приказ Жанны Д’Арк подойти к главным воротам Орлеана и напасть на англичан. Вместо этого они вывели войска к левому берегу Луары, встав напротив армии противника. Так как два моста к Орлеану были заняты англичанами, положение казалось безвыходным. Переплыть реку под натиском противника было невозможно.
Отправив войска назад в Блуа, Жанна с небольшим отрядом вплавь добралась до южной стороны города и вошла в него через Бургундские ворота. Жители встретили ее восторженно. Осада с Орлеана была снята. Кажется невероятным, как неграмотной семнадцатилетней девушке удалось стать столь талантливым полководцем. Жанну Д’Арк стали называть Орлеанской девой.
После первой триумфальной победы следовало снятие осады крепостей Сен-Лу, Огустен и Турель. Во всех битвах Жанна принимала личное участие. В битве при Туреле она была ранена в плечо. 8 мая 1429 года английские войска окончательно оставили подступы к Орлеану. Во Франции царило необычайное воодушевление. Все были уверены в том, что страна спасена.
По пути в Тур, куда Жанна Д’Арк отправилась к дофину Карлу, чтобы объявить о победе, ее приветствовали толпы французов. В церквях служили благодарственные молебны. Карл оказал Жанне необыкновенные почести, даровав ей дворянский титул. Встав во главе почти двенадцатитысячного войска, Орлеанская дева направилась к городу Реймс, где всегда короновали французских монархов. Не прошло и трех недель, как город был освобожден. В соборе Реймса короновался и дофин Карл. После коронации Жанна хотела отправиться домой, сочтя свою миссию выполненной. Однако король уговорил ее остаться во главе французской армии. Правящая верхушка Франции, которой управлял Ла Тремуй, получала доходы с военных действий. Они заключили перемирие с герцогом Бургундским и уговорили Карла отложить наступление на Париж.
Жанна Д’Арк решила освободить город самостоятельно. 23 мая 1430 года она попала в плен к командующему бургундцев Жану Люксемубрскогму в Пикардии, он попросил у Карла выкуп за Орлеанскую деву, но не увидел со стороны короля никакой заинтересованности. Карл предал спасительницу Франции. Тогда бургундцы продали Жанну Д’Арк англичанам.
Казнь Жанны Д’Арк
В декабре 1430 года ее доставили в Руан, где 21 февраля 1431 года над ней состоялся суд. Перед вынесением приговора церковники обвинили ее в связи с дьяволом. Епископ Пьер Кошон был лично заинтересован в расправе над Жанной, так как в этом случае его обещали сделать Архиепископом Руана. Жанна Д’Арк не отрицала, что слышит голоса. К тому же, будучи неграмотной, подписала документ, в котором признавала себя виновной. 30 мая 1431 года Орлеанская дева была заживо сожжена на костре. Ее реабилитировали только спустя двадцать пять лет.
© 2001—2024 «Литан» — Центр Открытого Сознания
Графика и дизайн: Ольга Генерозова
Тех. поддержка: Всеволод Кузьмин